Колокольные звоны Русской Православной Церкви

Колокола – одна из необходимых принадлежностей православного храма и единственный сигнально-музыкальный инструмент, используемый Русской Православной Церковью при совершении Богослужений.

Православные христиане созываются к Богослужению в храм посредством звона в колокола. Колокольный звон возвещает так же и не присутствующим в храме о важнейших моментах Православного Богослужения. Наконец, колокола радуются и сопразднуют с нами, проповедуют миру о грядущем Воскресении. Колокол – это предмет церковный. И прежде, чем поднять его на колокольню, колокол всегда освящался, то есть ему испрашивалось Божие благословение и сила. В чине «благословения колокола» сказано: «Яко да вси слышащие звенение его или во дни или в нощи, возбудятся к славословию Имени Святого Твоего…». Напутствуемый такою церковною молитвой, колокольный звон уже не может быть пуст и прост, а укрепляет православного христианина в благочестии и вере. Слыша церковный звон, верующие люди крестятся на церковные купола, умиротворяется и напитывается радостью страждущая душа, призывая на себя благодать Божию.

Колокольный звон, собирающий прихожан на Богослужение, имеет название – благовест, что значит добрая, радостная весть. Как благовестие переводится на русский язык и слово «Евангелие». Весть эта о Христе, который вторым Своим пришествием в конце мира будет судить живых и мертвых. Сам Господь говорит, что при конце мира «пошлет ангелов Своих с трубою громогласною». Эту громогласную архангельскую трубу и призван напоминать нам колокольный благовест.

Первые колокола на Руси появились почти одновременно с принятием христианства, во время княжения святого равноапостольного великого князя Владимира в 988 году, т. е. в конце X века. Однако, из-за дороговизны, приобретать колокола имела возможность только богатая княжеская церковь. Первое упоминание о колоколах на территории восточных славян содержится в третьей Новгородской летописи XI века и связано с именем полоцкого князя Всеслава Брячиславича «Чародея» (?-1101гг.). В 1066г. князь Всеслав захватил и сжег Новгород, снял и перевез колокола в Полоцк, «и колокола съима у Святыя Софии, и паникадило съима». В «Слове о полку Игореве» также в упоминании о князе Всеславе говорится о колоколах: «…тому в Полотске позвониша рано у святыя Софеи в колоколы, а он в Кыеве звон слыша…».

Всеобщее распространение колоколов на Руси начинается в послемонгольский период, и особенно с XVI в., когда колокола становятся неотъемлемой частью жизни русского народа, возрастает как церковная, так и светская роль колоколов. Являясь неотъемлемой частью Богослужебного действия, колокольный звон и начинает, и завершает Божественную Литургию, обрамляя собой всю церковную службу, словно голосом с неба. Использование колоколов в религиозном служении во многом объясняет благонравное отношение к ним народа, почитание их как священных атрибутов храма. Недаром в народе говорилось, что «если икона — это молитва в красках, храм — молитва в камне, то колокол — это молитва в звуке, икона звучащая».

Первые колокола на славянских землях размещались либо между столбом и стеной храма, либо просто между двумя столбами. Часто они накрывались навесом. Примерно с XIV в., по мере возрастания веса и количества колоколов, их начинают размещать на стенах храмов, в пролетах сквозных арок, расположенных в один или два яруса. Такое архитектурное сооружение получило название настенной звонницы. Доступа к колоколам не было, поэтому звонили в них очепным способом, раскачивая колокола спущенными вниз снаружи храма веревками. Одним из известных действующих звонниц такого типа является звонница Свято-Успенского Псково-Печерского монастыря, построенная в XVI веке.

С появлением гигантских колоколов и «язычного» способа звона возникают так называемые палатные звонницы. Они значительно отличаются от настенных звонниц и представляют собой галерею в два и более пролетов, с размещенными в них колоколами. Галерея размещается наверху специально отстроенного для нее сооружения или на стене храма. Конструкция палатной звонницы позволяет звонарю подниматься прямо к колоколам и звонить в них колокольными языками. Классическими примерами подобных подколокольных сооружений являются Большая Успенская звонница Московского Кремля, звонницы Успенского собора в Ростове Великом, Борисоглебского кремля (под Ростовом) и Воскресенского монастыря в Угличе. К этому же типу колоколонесущих сооружений следует относить и Софийскую звонницу в Великом Новгороде.

Своеобразными сооружениями, свойственными лишь Древней Руси и не имеющими аналогов на Западе, являются так называемые церкви «под колоколы». Колокола в этих храмах размещались в вытянутых вверх нишах барабана, несущего церковную главу. Как и в настенной звоннице, звон производился очепным способом с земли. Считается, что церкви «под колоколы» строились и служили местом, специально предназначенным для отпевания умерших. Самым ранним из сохранившихся до наших дней образцов такой церкви является Духовская церковь Свято-Троице-Сергиевой Лавры, построенная в 1476 году.

В начале XVI столетия появляется иная разновидность церкви — столпообразная церковь «под колоколы», своим ростом возвышающаяся над всеми другими храмами, а своим названием указывающая на свою форму. В то же время, имея внутри небольшую церковь, это архитектурное сооружение не может называться собственно колокольней.

Тем не менее, именно с появления столпообразной церкви начинается вытеснение церкви «под колоколы» колокольней, практически ничего общего с храмом не имеющей. Колокольни строились отдельно от храма, входя в ансамбль храмовых построек. Они отличались друг от друга своими размерами, количеством ярусов, формой (круглые, четырех-, шести-, восьмигранные и комбинированные), покрытием и украшениями. Чем выше колокольня, тем выше можно поднять колокол и тем дальше его слышно. А церковные книги объясняют духовный смысл колокольни. Она может означать гору, с которой Господь благовествовал Евангелие, и мачту корабля, где находится наблюдатель, возвещающий об опасности или приближении долгожданной цели плавания, и вершину земной истории человечества, на которой прозвучит архангельская труба, благовествующая о Христе.

Значительное количество в ансамблях храмовой архитектуры разнообразных по своему оформлению церковных звонниц и колоколен, еще раз подчеркивает: строя церкви, возводя рядом с ними колокольни и звонницы, отливая колокола, православный человек во славу Бога заставил петь камень и металл, заставил их рассказывать христианину о Боге и прославлять Бога.

Отливка колоколов представляла собой достаточно сложный процесс и требовала большого количества специалистов. До XVII в. большинство колоколов, звучавших на русской земле, отливались мастерами, приехавшими с Запада. Об этом говорят их прозвища: Борис Римлянин, Николай Немчин, Петр Фрязин. При Иоанне Грозном одним из ведущих колокольных мастеров был Кашпир Ганусов, а в начале царствования Алексея Михайловича – Иоганн Фальк.

Для поднятия литейного дела в 1475 г. в Москву был приглашен мастер из Венеции Фиоровенти Аристотель. С его помощью в 1479 г. был основан пушечно-литейный завод («Пушечная изба») у «трех мостов из Фроловских ворот в Китай-город», где началось литье пушек и колоколов. Но в 1489 г. завод сгорел. Несколько позже на реке Неглинке (ныне улица Пушечная) был построен новый завод, который уже под названием «Пушечный двор» стал главной литейной базой России. В отдельные годы здесь работало до 250 человек.

Пушечный двор был не только крупнейшим предприятием по производству колоколов, но и кузницей национальных кадров. Именно здесь была создана первая в стране специальная школа для подготовки высококвалифицированных специалистов по литью колоколов. Уже к концу XVII в. универсальная специальность мастера-литейщика распалась на несколько самостоятельных профессий: литейщик, каменщик-печник, художник, формовщик, чеканщик и т.д. В 1701 г. при Пушечном дворе для подготовки различных специалистов были открыты школы, количество учеников которых доходило до 300 человек.

По обычаю, поступая на службу, литейщик колоколов приносил клятву следующего содержания: «Будучи у Государева у колокольного дела никаким воровством не промышлять, не красть, не розбивать, ни зернью не играть, и корчмы не держать, и над Государевой казною хитрости ни в чем не чинить». Такая клятва была своеобразным кодексом чести русского мастера. В России к колокольным дел мастерам всегда предъявлялись особые требования – мастер должен быть православным, уважаемым, душевным, добрым человеком. Само изготовление колокола – действие религиозное, духовное, а потому колокольный мастер обязательно верующий, церковный человек, молящийся Богу об успехе своего дела.

В XVII в. в России насчитывалось более 200 профессий ремесленников и из них около 50 – в медном деле. Появляется целая плеяда талантливых русских колокололитейщиков. Назовем лишь несколько наиболее ярких имен того времени: Андрей Чохов; Александр Григорьев; Харитон Попов; Флор Терентьев; Андреевы Михаил, Ануфрий, Максим, Матфей, Кузьма – знаменитая псковская династия XVI в.; Моторины Дмитрий, Федор, Иван, Михаил — знаменитая династия московских колокололитейщиков конца XVII - начала XVIII в., представители которой выплавляли огромные для своего времени колокола.

За свою многовековую историю колокола в России из примитивных и мало- благозвучных сигнальных инструментов переросли в весьма сложный сигнально-музыкальный инструмент, играющий значительную роль в церковной, государственной и общественной жизни России. Годы революционных потрясений и гонений на церковь прервали традицию литья колоколов. Отрасль была погублена. До наших дней не дожил ни один из старых колокололитейщиков. Все секреты и технологические тонкости, которые передавались от мастера к мастеру, были утеряны. Лишь в конце 80-х гг. XX в. с началом возрождения церкви начинается подъем колокололитейного производства.

Литье колоколов представляет собой многосоставной и очень трудоемкий процесс. Основными его этапами являются: расчет колокольного профиля, возведение формы (построение литейной формы), изготовление сплава, залив формы. Литейщики говорят, что «когда создаешь колокол, то чувствуешь дыхание времени. Человек умирает, а колокол остается звучать еще сотни лет».

Множество факторов лежит в основе долговечности колокола. Здесь и правильная подвеска языка, и точное соответствие его веса весу колокола, и правильная подвеска колокола, а также соблюдение правил звона, которые предусматривают соизмерение силы удара, учет температуры воздуха и другие условия. Определяющее влияние на долговечность колокола оказывает состав колокольной бронзы. Даже небольшой избыток олова в этом составе делает колокол хрупким. В то же время недостаток олова ухудшает звучание.

Характерной особенностью литья колоколов являются надписи и изображения, украшающие колокола. До XV века колокола были в основном гладкие. До XIII века буквы вырезались в теле колокола, а с XIV века стали делаться выпуклыми. Первоначально надписи содержали в основном время изготовления и религиозные тексты. Со временем содержание надписей усложнялось, их стали посвящать историческим событиям, государям, дарителям и т. п. Надписи выполнялись на латинском, церковнославянском или русском языках, криптограммами и т.п. Постепенно каждая нация выработала свой стиль узоров, различных украшений и изображений, в том числе икон и святых.

На верхней части русских колоколов обычно ставились надписи: «Благовествуй земле радость велию, хвалите небеса Божию славу» или «Благовествуй день от дне славу Бога нашего», говорящие о назначении колокола как «существа, призванного нести благую весть и восхвалять имя Господне».

С древних времен повелось указывать имена и титулы тех, кто повелел отлить колокол; событие, по случаю которого он был отлит; дату изготовления и вес колокола. Позже на колоколах появились пространные надписи, содержащие имена вкладчика и его семьи, краткие или развёрнутые цитаты (богослужебных текстов, исторические сведения, указывающие повод вклада. Колокола уподоблялись поминальным записям о здравии живущего вкладчика или об упокоении родных или близких вкладчику людей.

В практике колокольный церковный звон разделяют на два основных вида: 1 – благовест и 2 – собственно звон. Самый наиболее древний канонический звон Православной Церкви – это благовест, т. е. благая, добрая весть о начале Богослужения, представляющий собой размеренные удары в один из больших колоколов с целью призыва верующих на молитву в храм. Появившись в то время, когда церкви могли иметь хотя бы один колокол, этот вид звона продолжал существовать наряду с другими, более сложными. С тех пор изменилось лишь то, что роль благовествующего колокола, соответственно обрядам, стали выполнять различные (как правило, наиболее крупные) колокола. Их часто называют благовестниками.

Совершается благовест так: сначала производятся три редких, медленных, протяжных удара (пока не прекратиться звук колокола), а затем уже следуют мерные удары. Если колокол очень большого размера, то эти мерные удары производятся качающимся языком в оба края колокола. Если же колокол сравнительно небольшой, то в таком случае язык его притягивают веревкой довольно близко к его краю, на веревку кладется доска и нажимом ноги производятся удары.

Темп благовеста, как и выбор ударов (в один или в оба края), зависит от звонаря, величины колоколов и системы звона. При благовесте в небольшой колокол есть возможность регулировать темп, но, если язык соединен веревкой с педалью – звон производится только в один край. У больших язычных и очепных колоколов темп от желания звонаря не зависит. В первом случае он устанавливается частотой движения языка-маятника, а во втором – скоростью соударения самого колокола с языком.

Если при храме имеются несколько больших колоколов, а это бывает при кафедральных соборах, лаврах, больших монастырях, тогда большие колокола (благовестники) в соответствии по своему назначению, различаются на следующие:

праздничный – самый большой и тяжелый по весу колокол, в который благовестили в двунадесятые и великие праздники, а так же в некоторых других, особенно торжественных случаях;
воскресный – второй по величине колокол, используемый во время воскресных служб;
полиелейный – третий колокол, для благовеста в праздники апостолов и святителей, а так же святых, которым по уставу служится полиелейная служба;
вседневный или будничный – следующий по величине, для звона в будние дни;
великопостный – колокол, благовествующий во время Великого поста.

Вес колоколов, предназначенных для одного и того же случая, но располагавшихся на разных колокольнях, был различен. Например, колокол, близкий по весу полиелейному или будничному одной колокольни, мог быть праздничным на другой и т.д.

Конечно, не на каждой колокольне имелся и имеется такой полный набор благовестников. Обычно в приходских храмах больших колоколов бывает не больше двух: первый - выполняет роль праздничного, воскресного и полиелейного, а второй – будничного и великопостного. В Успенском кафедральном соборе г. Омска таких благовестников – три. В Христорождественском, Николо-Казанском и в Николо-Игнатьевском – два. А в Никольском Казачьем соборе, к сожалению один, что никак не соответствует статусу собора, долгое время бывшего кафедральным.

В зависимости от чина Богослужения, большие колокола-благовестники, в соответствии с Церковным уставом, используют для следующих видов благовеста: праздничный, воскресный, будничный трех степеней торжественности и постный.

Праздничный благовест подобает во время празднования двунадесятых праздников, и его звон осуществляется частыми ударами в оба края самого большого колокола («большака»). Воскресный – по воскресеньям и накануне больших церковных праздников во второй по величине колокол («подбольшой»). Благовест к Всенощному Бдению полагается сначала в большой колокол медленно и долго, а в большие праздники более торжественнее и продолжительнее. Полиелейный – совершается полиелейному святому, а также в некоторых других случаях. Будничный, наименее торжественный благовест, назначается к Малой Вечерне, Повечерию, Полунощнице и часам и бьют его ударами умеренной частоты повседневно в наименьший из больших колоколов или средний. Малый, или постный, благовест используется в звоне богослужений Великого поста и к началу малой вечери и воспроизводится редкими ударами. Если же в храме только один большой колокол, то он является единственным благовестом и используется во всех случаях.

Другим видом колокольного звона является собственно звон, когда звонят сразу во все колокола или же несколько колоколов. Звон во все колокола различается на трезвон, двузвон, перезвон, перебор. Разберем их несколько подробнее.

Трезвон - самый сложный и многоголосный вид колокольного звона и представляет собой звон во все колокола, затем маленький перерыв и второй звон во все колокола, снова маленький перерыв и третий раз звон во все колокола, то есть звон во все колокола трижды или звон в три приема.

Трезвон по своей форме не ограничен Церковным Уставом и поэтому может быть различным по составу колоколов, по форме исполнения, ритму. Характер его различен в зависимости от величины басовых колоколов, задающих темп звону. Если они очень большие, то темп будет умеренным, а звон получится величавым, торжественным и строгим. Напротив, если басовые колокола имеют возможность давать более подвижный темп, то звон получится живым.

В зависимости от количества используемых колоколов трезвон может быть: малым (малые и средние колокола), средним (все, но без самого крупного) и великим («во вся тяжкия»). В наше время трезвоном стали называть не только звон во все колокола трижды, но, звон во все колокола вообще.

Двузвон – это звон во все колокола дважды (в два приема). Ведущей функцией двузвона является оповещение о начале второй части Всенощного Бдения – Утрени, выражающее собой радость Рождества Христова.

Перезвон — звон, состоящий из поочередного удара в каждый колокол (по одному или несколько ударов в каждый), начиная с самого большого и до самого малого. В разных традициях перезвон может заканчиваться аккордом во все колокола. Существуют различные разновидности перезвонов. Перезвон может применяться как вступление к основному звону или как связка между различными его частями. В церковной практике наиболее распространенными являются редкий, или медленный, и частый перезвоны. Медленный перезвон представляет собой медленные одиночные удары по одному в каждый колокол, начиная с самого большого, мощного звука, доходя постепенно до самого тонкого и высокого звука малого колокола. По установившейся традиции такой перезвон совершается два раза в год: на Страстной седмице — в Великую Пятницу и в Великую Субботу. Он символизирует собой «истощание» Господа Иисуса Христа ради спасения всех христиан. Частый перезвон отличается частыми и быстрыми многократными ударами (от 3 до 7 раз) в каждый колокол. Он установлен для чина посвящения в архиереи и для освящения воды. В водосвятном звоне довольно частые и сильные удары в большой колокол подхватываются следующим по величине колоколом, доходя таким образом до самого маленького, а при погружении креста в воду исполняется трезвон.

Перебор – это похоронный, проводной, или погребальный звон, выражающий грусть и скорбь об умершем человеке. По классическим канонам он совершается в обратном порядке, чем перезвон, т.е. состоит из медленного, поочередного, по одному разу звона в каждый колокол, начиная от меньшего к большему, с последующим ударом во все колокола. Тем не менее, в церковной практике имеются случаи, когда исполнение перебора осуществляется вразброс. Медленный перебор колоколов от самого маленького до самого большого символизирует собой возрастающую человеческую жизнь на земле от колыбели до зрелости, а одновременный удар колоколов означает пресечение земной жизни человеческой смертью, при которой все, что приобретено человеком для этой жизни, оставляется. Перебор обязательно заканчивается кратким трезвоном, символизирующим радостную христианскую веру в воскресение усопшего. Таким образом, при несении усопшего на отпевание в храм совершается скорбный перебор, а при внесении его в храм – трезвон. После отпевания, при выносе усопшего из храма совершается снова перебор, оканчивающийся также трезвоном.

Особенно любимы в народе праздничные звоны, среди которых выделяется так называемый красный звон, который совершается во все колокола («во вся тяжкие»). В Церковном Уставе так именуется звон во все колокола на Святой неделе. Как правило, красный звон бывает при кафедральных соборах, лаврах, монастырях, т.е. там, где есть большое количество колоколов. Красный звон может совершаться как одним звонарем, так и несколькими. В первую очередь он применяется для обозначения красивого, праздничного звона с согласным подбором колоколов, исполняемого в дни больших праздников, во время радостных и торжественных событий в жизни Церкви и общества. Обычно звонари называют «красным» свой самый лучший трезвон и заботятся, чтобы этот звон, прославляющий Бога, был красен и благолепен.

Однако приведенными выше видами не исчерпывается все разнообразие колокольных звонов. Классические звоны стали основой для появления целого созвездия разнообразных колокольных звонов: повседневных, свадебных, целодневных и других. Так, целодневный звон практиковался в особо важных случаях — на Рождество, Пасху, во время празднования события, имевшего государственное значение (интронизация патриарха, восшествие на престол, рождение наследника и т.п.), и в зависимости от этого имел свои особенности. Пасхальный звон, наряду со звоном во все колокола во время Крестного хода вокруг храма на Пасху, рассматривается еще и как звон, производимый в течение всей Пасхальной седмицы любым желающим, который решится подняться на колокольню и попробовать себя в качестве звонаря.

В истории колокольного звона существуют также встречные звоны. Они исполнялись по ходу следования высокого должностного лица, в том числе и духовного, во всех попутных церквах и носили приподнято-праздничный характер.

Звоны напрямую зависят от статуса службы, поэтому и колокола, как это уже отмечалось выше, называют соответственно тому, в какие праздники их используют: праздничный, используемый в дни двунадесятых, великих праздников и некоторых других, особенно торжественных случаях; воскресный, используемый в воскресные службы; полиелейный - в дни средних праздников, когда совершается полиелей; простодневный или будничный - в обычные, не праздничные дни; постный - в период Великого Поста; часовой - перед чтением великопостных часов.

Колокольный звон является равноценным храмовым священнодействием, поэтому всякий колокольный звон должен производиться только с благословения настоятеля или служащего священника, которое определяет звону, статус богослужебного действия.

Исполнение обязанностей звонаря, как это следует из Типикона, возлагалось на параекклесиарха (кандиловозжигателя), который своим приходом к предстоятелю (служащему священнику), знаменует время клепания (начала колокольного звона – благовеста). Впрочем, в наше время звонить имеет право тот, кого благословил на это настоятель – пономарь, алтарник, чтец или просто прихожанин. При этом надо помнить, что звонари на колоколах не играют, а звонят. Всякий колокольный звон, являясь богослужебным действием, должен сопровождаться молитвою: обычно во время благовеста читают непорочны (17-ю кафизму) или 12 раз 50-й псалом. Из этого следует, что продолжительность звона соответствует, примерно, двадцати минутам.

Колокольный звон предваряет все церковные службы и служит сигналом для прихожан к началу Богослужения. Всенощное Бдение начинается с благовеста. В начале совершают три удара в назначенный колокол до полного затухания звука, а после третьего начинают мерные удары. В разных традициях число ударов от 12 до 50. Интервал между ударами следует выбирать такой, чтобы он соответствовал голосу колокола, иначе звон может получиться заунывный (если удары слишком редки), или тревожный (в случае очень частых ударов). Затем, после небольшой паузы, производится краткий трезвон. Этот звон принято называть «первым звоном».

«Второй звон» совершается во время пения тропаря по «Ныне отпущаеши» или в начале чтения шестопсалмия, оповещая о начале второй части Всенощного Бдения – Утрени и выражает собою радость Рождества Христова. Совершается он в два приема («в два стиха») и называется «двузвоном».

Во время пения прокимна перед самым чтением Евангелия производится однократный - «в один стих» «третий звон» во все колокола, или же во время пения полиелея, так же перед чтением Евангелия, выражая радость празднуемого события, а на Воскресном Бдении – радость и торжество Воскресения Христова, производят «трезвон». Но, так или иначе, в руководствах этот звон именуется «третьим звоном» или «звоном к Евангелию». На девятую песнь канона, в начале пения песни Божией Матери «Величит душа Моя Господа…» производится краткий благовест в большой колокол, как правило 9 ударов.

Когда за Всенощным Бдением в храме служит архиерей, должен производиться «проводной» трезвон, начинающийся с пением «Под Твою милость…» или кондака по 1-м часе, до его провода. К обычному вечернему вседневному Богослужению благовестят в будничный колокол, перед 9-м часом. По прочтении 9-го часа должен быть троекратный звон во главе с тем колоколом, в который производился благовест. К утрени принято благовестить в конце полунощницы. По прочтении же полунощницы творить троекратный звон, как в начале вечерни.

Если утреня полиелейная, то производится однократный звон во время прокимна или же во время пения полиелея перед Евангелием; на 9-ю песнь производится благовест в 9 ударов. Как правило, порядок звона определяется настоятелем, исходя из указаний Типикона, местных традиций и традиций монастыря или храма.

При служении Божественной Литургии перед началом чтения часов – благовест, а по прочтении часов бывает троекратный звон – трезвон.

Если служится две Литургии (ранняя и поздняя), то благовест к ранней Литургии бывает более редкий, медленный, чем к поздней Литургии, и, обычно, совершается не в самый большой колокол. При архиерейском Богослужении благовест к Литургии начинается в указанное время. При приближении архиерея к храму полагается трезвон во все колокола. Когда архиерей войдет в храм, трезвон прекращается и снова продолжается благовест до начала облачения архиерея. В конце же 6-го часа – трезвон.

Затем во время Литургии полагается благовестить в начале Евхаристического канона, подчеркивая высокую значимость этой ее части, для извещения о времени освящения и пресуществления Святых Даров. Совершается этот благовест во время произнесения священником евхаристических молитв и помогает верующим обратить свои сердца к Богу.

"Горе имеем сердца!” – возглашает священник. "Имамы ко Господу” – отвечает лик предстоящих. Священник: "Благодарим Господа!” Хор: "Достойно и праведно есть…”. С этого момента начинают удары в большой колокол, продолжающиеся до пения "Достойно есть яко воистину блажити Тя Богородицу…”. В соответствии с руководством по Православному Богослужению звон к «Достойно...» содержит 50 ударов, но на практике он бывает более кратким, состоящим из 12 ударов в праздничный колокол по числу апостолов, присутствующих на Тайной Вечери Господней или, как это более принято на Юге России, где благовестят перед Евхаристическим каноном во время провозглашения Символа Веры, по одному удару на каждый член Символа Веры.

После окончания Божественной Литургии во все Двунадесятые, Великие и престольные храмовые праздники полагается трезвонить. Так же и после Литургии, совершенной архиереем, полагается трезвонить для провода архиерея.

Кроме того, Церковный Устав предусматривает такие виды звонов, как перезвон и перебор, определения и понятия которых приводилось несколько выше.

Известно употребления перезвона в следующих случаях:
• На вечерне Великого Пятка, перед выносом Плащаницы, во время пения: «Тебе одъющагося…» полагается медленный перезвон по одному разу в каждый колокол (с большого до малого), а по положении Плащаницы среди храма – тотчас трезвон.
• На утрени великой Субботы, начиная с пения «Великого Славословия» и в продолжении всего Крестного хода с Плащаницею вокруг храма, полагается перезвон, такой же как и при выносе Плащаницы, т.е. медленный перезвон по 1 разу в каждый колокол с большого до малого. Когда же внесут Плащаницу в храм и дойдут с Нею до Царских Врат – тотчас трезвон. Медленный перезвон по 1-му разу в каждый колокол, начиная с самого большого, мощного звука, и доходя постепенно до самого тонкого и высокого звука малого колокола, символизирует собою «истощание» Господа нашего Иисуса Христа ради нашего спасения, как и поем мы, например в ирмосе 4-ой песни, 5-го гласа: «Божественное Твое разумев истощание… во спасение людей Твоих…».

По установившейся вековой практике Русской Православной Церкви такой перезвон должен совершаться только два раза в год: в великую пятницу и Великую Субботу, в день крестной смерти Господа и Его вольного погребения. Опытные звонари особенно строго следят за этим и никак не допускают, чтобы скорбный звон, относящийся к Господу, Спасителю нашему, был бы одинаков с погребальным звоном простых, смертных и грешных людей. Перебор, иначе похоронный или погребальный звон, выражает грусть и скорбь об усопшем. Он совершается, как уже сказано было выше, в обратном порядке, чем перезвон, т.е. медленно ударяют по одному разу в каждый колокол с самого малого и до самого большого, а после этого ударяют одновременно во все колокола. Этот скорбный похоронный перебор обязательно заканчивается кратким трезвоном, выражающим радостную христианскую веру в воскресение усопшего.

В некоторых руководствах по звону указывается не совершать при отпевании усопших трезвона, что не может соответствовать церковной практике, и на это дается следующее разъяснение: Медленный перебор колоколов, от самого маленького до самого большого, символизирует собою возрастающую жизнь человеческую на земле, от младенческого возраста до зрелости и возмужалости, а одновременный удар колоколов означает пресечение земной жизни человеческой смертью, при которой все, что приобретено человеком для жизни сей, оставляется. Как это и выражено в песнях при отпевании: «Вся суета человеческая, елика не пребывает по смерти: не пребывает богатство, ни сшествует слава: пришедшей бо смерти, сия вся потребишася. Темже Христу безсмертному возопим: преставленнаго от нас упокой, идеже всех есть веселящихся жилище». Вторая часть песни прямо указывает на радость в будущей жизни со Христом. Она-то и выражается в заключении скорбного перебора, трезвоном.

Для истинного христианина смерть есть переход к лучшей жизни: радость, а не скорбь, как прекрасно выражено это в трогательнейшей третьей коленопреклонной молитве, читаемой на вечерни в день Пятидесятницы: «Несть убо, Господи, рабом Твоим смерть, исходящим нам от тела, и к Тебе Богу нашему приходящим, но преставление от печальнейших на полезнейшая и сладостнейшая, и на упокоение и радость».

Трезвон, напоминающий о Воскресении, благостно действует на верующую христианскую душу, скорбящую о разлуке с усопшим и дает ей внутренне утешение. Лишать христианина такого утешения нет никаких оснований, тем более, что этот трезвон прочно вошел в быт русского православного народа и является выражением его веры.

То есть, более обобщенно, при несении усопшего на отпевание в храм совершается скорбный перебор, а при внесении его в храм – трезвон. После отпевания, при выносе усопшего из храма, совершается снова перебор, оканчивающийся также трезвоном. При отпевании и погребении иереев, иеромонахов, архимандритов и архиереев совершается несколько иной перебор. Сначала ударяют в большой колокол 12 раз, потом следует перебор, снова 12 раз в большой колокол и снова перебор и т.д. При внесении тела в храм совершается трезвон, также по прочтении разрешительной молитвы – трезвон. При вынесении тела из храма, снова указанный перебор, а по поставлении тела в могилу бывает трезвон. В иных же местах звонят обычным похоронным перебором.

При совершении панихид производятся редкие удары в один большой колокол, а при пении «Вечная память» – однократный звон во все колокола, при ударах в большой «через край». Таким образом, исходя из анализа Типикона, церковно-уставных сборников, научной и иной литературы, содержащей рекомендации звонарям, мы еще раз наглядно убеждаемся, что колокольный звон, являясь неотъемлемой частью Богослужения, занимал значительное место в укладе церковной жизни, являлся разнообразным и имел присущие, как для определенных местностей, так и для отдельных обителей особенности и обычаи его производства. В

России никогда не существовало официальных школ и центров колокольного звона. В этом не было необходимости, ибо церковный колокольный звон всегда был неотъемлемой и, пожалуй, единственной частью основного звукового наполнения городов и сел нашего бескрайнего государства. Неделей рождения звонарей была Светлая Седмица, когда каждый желающий допускался произвести звон в любой колокол. В то время звонарь наблюдал за мальчишками, подсказывал, помогал и, если у кого получалось, то приглашал его на звон и в дальнейшем, так что в учениках недостатка не было.

Ныне же приходится по крупицам собирать части некогда обширного пласта церковной культуры, помогать, обучать, а иногда и отстаивать чистоту церковного искусства от вредоносных влияний современного обмирщенного сознания. Изучение сохранившихся до наших дней Богослужебных уставов, описаний колоколов, воспоминаний современников прошлых лет, указывающих на то, с какой любовью относились к их изготовлению, как собирались средства на их отливку, как давались им названия, как проводился чин освящения, еще раз подчеркивают, что к колокольному звону нужно относиться ответственно, бережно, звонить можно только в Богослужебных целях, для спасения людей. Использование колоколов для музыкальных концертов, как это зачастую происходит на различных фестивалях, в музеях и других местах никуда не годится, так как ведет к неправильной их популяризации и обмирщению. Колокольный звон – это не музыка, а дело сугубо церковное, нельзя выдумывать пьесы для колоколов на разные темы.

Использование колоколов в качестве музыкальных инструментов - большой грех. Это попытка оторвать колокольный звон от Богослужения. У врагов Православия колокола вызывают особую ненависть, недаром после революции были уничтожены почти все колокола. А их в России было более миллиона. Теперь колокола не сбрасывают, а пытаются осквернить их прямо на колокольне, увести их в мир, подменить их суть.

Даже если обратить внимание на такие выдающиеся произведения, как оперу Глинки «Жизнь за Царя», то там воспроизводятся колокольные звоны в качестве апофеоза победы русских над захватчиками и восстановления русского царства и отображаются реальные события воспроизведением православных уставных звонов. Когда великий Мусоргский в опере «Борис Годунов» в сцене венчания на царство воспроизводит колокольные звоны, то он не сочиняет новые пьесы для колоколов, а воспроизводит традиционные уставные звоны. То же самое можно сказать о сочинениях Римского-Корсакова, Рахманинова, Свиридова. У русских композиторов был православный образ мыслей, и они знали, где вовремя остановиться, через какую черту нельзя переступать.

В русской светской литературе и поэзии воспет колокольный звон, именно русский православный уставной колокольный звон. Есть, что воспевать и чем восхищаться, а еще лучше обращаться к первоисточнику и регулярно посещать храм. Русские колокольные звоны – это Благодатью Святаго Духа духовное созидание православного народа Святой Руси. Колокольный звон иногда называют наружным Богослужением, молитвой в бронзе. Когда звонарь обращается к колоколам напрямую с молитвой, звонит его душа, поэтому у каждого звонаря свой почерк. Звонарь – это, прежде всего, глубоко верующий человек, ведь он исполняет святое дело евангельского приставника, созывающего званных на Великую Вечерю. Несуетно вникните в чин освящения кампана – там ключ к пониманию сути колокольного звона. Служение звонаря должно быть освящено прилежанием и любовью.

Небывалое доныне возрождение Русской Православной Церкви по всей территории России и за рубежом, привело к необходимости реставрации, реконструкции и постройки множества сотен колоколен и оснащения их колоколами. За период молчания колоколен почти забыт порядок и традиции церковных звонов. И это является одной из нелегких задач Русской Православной церкви, которую мы, как ее члены, как единый организм, как составляющее всего Тела Христова должны решать все вместе и в единении.

Автор текста: Владимир Маловечкин.
Диск: «Уставные и традиционные колокольные звоны» Владимир Маловечкин, Ксения Белик. 2010

Использованы материалы сайта: www.zvon.ru
Яндекс.Метрика